• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Лекция Яна Хертриха-Воленского «Польская аналитическая философия»

29 июня состоялась лекция профессора Яна Хертриха-Воленского (Ягеллонский университет, Краков), посвященная вкладу польских ученых в развитие философии и точных наук в XX в.

Ян Хертрих-Воленский начал лекцию с краткого обзора многовековой истории польской философии до конца XIX в. На рубеже XIX–XX вв. Польша не была самостоятельным государством, часть ее земель была подчинена России, часть – Австро-Венгрии. Подчиненное политическое положение оказывало влияние на научную жизнь, что будет иметь место и в продолжительные периоды XX в.

Основополагающей фигурой для становления современной польской философской школы является Казимеж Твардовский, ученик австрийского философа Франца Брентано. Твардовский, получивший профессуру во Львове в 1895 г., вел активную научную, преподавательскую и организационную деятельность. Его идеалом была научная философия, свободная от «слишком общих» вопросов, ясная и логически корректная. В число значимых философских идей Твардовского входит: разграничение содержания и предмета представления, абсолютизм в теории истины, «научная этика». Он придерживался умеренного психологизма, связанного с позициями дескриптивной психологии. Среди учеников Твардовского — такие фигуры, как Ян Лукасевич, Тадеуш Витвицкий, Казимеж Айдукевич, Тадеуш Чежовский, Станислав Лесьневский, Зигмунт Завирский.

Оккупация польских земель немцами в ходе Первой мировой войны привела к их фактическому объединению и снятию некоторых ограничений, наложенных Российской Империей. В 1915 г. был вновь открыт Варшавский университет, что позволило организовать единую Львовско-Варшавскую философскую школу. В целом в нее входило около 80 человек, логическое крыло составляли около 30 ученых. По словам Яна Хертриха-Воленского, это позволяет считать ее самым большим сообществом аналитических философов в мире. Уникальным фактом, по замечанию Хертриха-Воленского, является то, что профессуру по математике во вновь открытом Варшавском университете получали профессиональные философы.

В этих условиях стало возможным сформировать Варшавскую логическую школу, которая является «совместным дитем» Польской математической школы (Вацлав Серпинский, Стефан Мазуркевич, Зигмунт Янишевский) и Львовско-Варшавской философской школы. В Варшавскую логическую школу входили такие ученые, как Альфред Тарский, Адольф Линденбаум, Мордехай Вайсберг, Мозес Пресбургер, Станислав Яськовский, Ежи Слупецкий, Болеслав Собочинский, Анджей Мостовский. Представители школы внесли большой вклад в развитие многих областей логики и оснований математики: многозначные логики, метаматематика, семантика, основания отдельных математических теорий (арифметика, алгебра, геометрия, топология), классическая логика (натуральный вывод), интуиционистская логика.

Формирование столь сильной польской логико-математической школы представляло собой практически creatio ex nihilo, а значение ее деятельности в ретроспективе трудно переоценить.  В качестве иллюстрации этого Ян Хертрих-Воленский процитировал Бенуа Мандельброта и Йегошуа Бар-Хиллела. В одном из устных выступлений Мандельброт (варшавский еврей по происхождению) сказал, что наиболее значимое событие для развития точных наук в ХХ в. – не формулировка программы Гильберта, а возникновение польской логико-математической школы. По словам же Бар-Хиллела, достижения Польши в математике следует признать более значительными, чем у какой-либо другой страны, если сопоставить их с численностью населения (впрочем, Ян Хертрих-Воленский назвал такое сопоставление некорректным).

Интересен вопрос о связи Львовско-Варшавской школы с австрийским движением логического позитивизма. По мнению Яна Хертриха-Воленского, они близки в некоторых важных позициях (идея научной философии, «отрицание метафизики»), однако для Львовско-Варшавской школы не была характерна столь жесткая идеология. Примечательно, что, насколько это сегодня известно, Венский кружок был впервые упомянут в печати именно в польском философском журнале «Ruch Filozoficzny» (основанном Твардовским). Однако при этом в «манифесте» Венского кружка (тексте «Научное миропонимание – Венский кружок» Рудольфа Карнапа, Ханса Хана и Отто Нойрата) не упомянут ни один из польских философов.

Ян Хертрих-Воленский немного подробнее рассказал об отдельных представителях Львовско-Варшавской школы. Так, по его характеристике, Казимеж Айдукевич придерживался конвенционализма в духе Пуанкаре, придав ему более радикальные черты. Айдукевич считал картину мира зависящей от языка, а выбор языка – в определенной степени произвольным. Кроме того, он предложил теорию синтаксических категорий, которая впоследствии стала одним из оснований формальной семантики. По словам Яна Хертриха-Воленского, впоследствии Айдукевич отказался от конвенционализма под влиянием Тарского.

Интересы представителей Львовско-Варшавской школы не ограничивались логико-математическими исследованиями. Среди философов других направлений Ян Хертрих-Воленский отметил, в частности, Тадеуша Котарбиньского, предложившего онтологическую теорию, обозначаемую как реизм. Согласно этой теории, существуют лишь пространственно-временные сущности (тела). По характеристике Яна Хертриха-Воленского, реизм является разновидностью материализма, и при этом тесно связан с логико-философской системой Лесьневского. Велась работа и в таких областях, как этика (Мария Оссовская), эстетика (Станислав Оссовский), история философии (Владислав Татаркевич).

Вторая мировая война обернулась катастрофой для Львовско-Варшавской школы. Многие философы погибли (Вайсберг, Пресбургер, Линденбаумы); многие эмигрировали (Лукасевич, Тарский,  Мельберг и другие).

После войны философская жизнь в Польше была восстановлена благодаря уцелевшим Айдукевичу, Котарбинскому и более молодым представителям Львовско-Варшавской школы. Наступил период советского влияния. В это время, в частности, имел место спор по вопросу о приоритете «диалектической логики», в котором принимал участие советский философ И. С. Нарский. По мнению Яна Хертриха-Воленского, польской философии удалось сохранить независимость, по крайней мере частичную. Многие польские марксисты были учениками философов Львовско-Варшавской школы, в силу чего польский марксизм имел особенные черты: разграничение логики и диалектики, развитие формальной методологии, внимание к происходящему в мировой философии.

По словам Яна Хертриха-Воленского, в 1980-е в Польше стало важнее быть логиком или эпистемологом, чем марксистом или позитивистом, – то есть философская профессионализация одержала победу над политизацией. Возможно, не будет преувеличением сказать, что послевоенная польская аналитическая философия, продолжающая традиции Львовско-Варшавской школы, оказала влияние на философов в Советском союзе и других социалистических странах.